Жизнь как история

№ 48 от 4 Мая 2012 года
Архив номеров

08-04-03

Общество

Жизнь как история

Мы договорились встретиться с Викторией Константиновной в Российском культурном центре НГЛУ, моего университета, и первое, что я, тогда ещё студентка, увидела, — свежие номера «Коммерсанта», «Известий» и «Новой газеты» на столе. Заметив мой удивлённый взгляд, Виктория Константиновна сказала, что «конечно же, интересуется тем, что происходит вокруг». Наш разговор закончился получасовым диалогом о всегда интересовавшей меня политике, и сегодня я очень жалею, что та часть беседы не вошла в интервью, а диктофонная запись, к сожалению, не сохранилась. Потому что поговорить с самой Викторией Константиновной уже, к сожалению, не удастся. Чуть больше месяца назад её не стало…

В1 корпусе нашего университета на втором этаже в небольшом кабинете расположился Архив музея истории НГЛУ. На дверной табличке — имя Виктории Константиновны Романовой. Без указания должности. Что, в принципе, верно: творчество сложно заключить в рамки. Виктория Константиновна организовала Литературные салоны, основала Музей истории НГЛУ. До этого заведовала Кабинетом боевой и трудовой славы. Работала преподавателем английского языка. А ещё раньше, в годы войны, была полевым радистом и участвовала в обороне Москвы: «…Я прожила всю жизнь в нашей стране и была свидетельницей всего хорошего и плохого, что в ней происходило за эти долгие годы…»

Я познакомилась с Викторией Константиновной ещё на первом курсе, когда нас привели в Музей истории университета на экскурсию. Это было накануне 40-летия переводческого факультета. Мы обеспечивали «информационную поддержку» — писали статьи, посвящённые юбилею, в книги и газеты. Для этого нам нужно было знать, «откуда есть пошла» наша alma mater.

Романова Виктория Константиновна

Директор Музея истории НГЛУ им. Н. А Добролюбова с 1978. Ветеран Великой Отечественной войны. Родилась 21 ноября 1919 в Феодосии. Окончила Горьковский педагогический институт иностранных языков в 1955. Автор ряда научных статей. Член Российского творческого союза работников культуры, член Всероссийского общества охраны памятников культуры. Музей университета — член Ассоциации музеев России. Была удостоена ордена Отечественной войны II степени, медали «За оборону Москвы», «За победу над Германией».

В архивной картотеке музея есть сведения обо всех, кто когда-либо работал в университете. В музей систематически обращаются из отдела кадров: даже там такой информации нет. Виктория Константиновна всегда подчёркивает, что все факты, которыми они оперируют, документально подтверждены. Большие сейфы, стоящие в кабинете, заполнены документами, разложенными по папкам. Аккуратность и системность – залог эффективной работы. Это ли не профессионализм? Но на самом деле «приход в профессию» — случайность. Вот, что рассказала мне Виктория Константиновна:

— Я была страшно умная девица! Уже в 5 лет заявила, что хочу учиться, и закончила десятилетку соответственно в 15. Но поступить в институт не смогла — я была дочерью репрессированных родителей. Несмотря ни на что, родители воспитали во мне любовь к Родине. Поэтому, когда я услышала о том, что немцы уже под Москвой, решила уйти на фронт. После одного месяца обучения я стала радисткой. Не штабной, а полевой. Лишь в 1952 году я поступила на факультет английского языка, будучи на 13-14 лет старше сокурсников. Окончила институт с красным дипломом, и меня оставили работать в качестве преподавателя английского языка. Но мне всегда было интересно пробовать что-то новое – я была очень активной. И вот Геннадий Петрович Рябов (ректор НГЛУ — прим. Э.Н.), тогда секретарь партийной организации, предложил мне возглавить Кабинет боевой и трудовой славы. Я согласилась. Тем более что все материалы уже были собраны: фотографии тех, кто прошёл фронт и поступил в институт, а также первых преподавателей. Этот кабинет располагался в холле 4 этажа третьего корпуса. Мы продолжали собирать материалы.

Виктория Константиновна была в постоянном поиске нового, вкладывала душу, стремилась к почти невозможному и всегда осуществляла намеченное с невероятным успехом. Она была неиссякаемым источником светлых, добрых идей, никогда не стояла в стороне, всегда старалась помочь, чем только могла, либо советом, а чаще делом, умела слушать другого и откликаться на его боль. Она была борцом за справедливость, вела за собой, зажигала всех. Энергичная, умная, деловая, словом, лидер. Появлялась Викторина Константиновна — и все внимание обращалось к ней. Она вносила струю чего-то нового, доброго или просто веселого. Все оживало вокруг.

Коллеги Викторины Константиновны, работавшие рядом с ней с 1956 года

Фитасова Вера Николаевна, Тюрина Мария Александровна, Захаревич Зинаида Александровна, Лебедев Владимир Борисович, Малкина Сарра Львовна

— А как пришла идея организовать музей истории нашего университета: вас об этом тоже попросили или это была личная инициатива?

— Это была моя идея. Я решила, что раз наш институт – один из лучших в стране (наши студенты многого добивались и успешно конкурировали с выпускниками московского и пятигорского университета), то вполне возможно открыть музей. Тем более что в университет часто приезжали гости – иностранные делегации и не только. Ведь Институт иностранных языков – это особый статус, а музей мог стать своего рода визитной карточкой. Сначала нам выделили 233 аудиторию. Потом, в 1970 году, когда закончили строительство 3 корпуса и кабинет ректора перенесли туда, мы получили его бывший кабинет. Я пригласила художника, который оформлял многие музеи города, и мы вместе разработали проект будущего музея. Я вообще с большим почтением отношусь к музеям. Они беспристрастно отражают как плохое, так и хорошее в истории. И тем самым дают возможность оценить, проанализировать, взвесить все «за» и «против» и в итоге принять важные решения в современной тебе действительности. Это неоценимо.

Виктория Константиновна, как и любой увлечённый человек, собирает вокруг себя таких же людей, готовых безвозмездно работать ради какой-то цели. Это в основном студенты. Они приносили материалы в музей. У них и появилась идея организовать литературный салон.

— Мне помогала замечательная девочка, студентка переводческого факультета Оля Овсянникова. Ей пришла в голову идея устраивать чаепитие. Мы стали приглашать гостей. Вначале их было немного.

— А что это были за люди?

— Студенты, преподаватели. Мы выбирали какую-то тему и приглашали специальных гостей, которые были в этой теме специалистами. Им задавали вопросы, что-то дополняли. Со временем мы поняли, что аудитория не может состоять только из студентов, которых привели в обязательном порядке. И решили приглашать и других гостей. Тем более что и темы, и гости были разные.

— Круг этих тем вы для себя сразу определили?

Геннадий Рябов, ректор НГЛУ им. Н.А. Добролюбова
(из выступления на гражданской панихиде)

Мы действительно потеряли своеобразную и уникальную личность, сделавшую многое для сохранения исторической памяти нашего университета и нашего города. Именно Виктория Константиновна стояла у истоков возвращения нашему городу исконного имени Нижний Новгород, именно Виктория Константиновна входила в группы молодых и не очень молодых патриотов, которые боролись против строительства в Горьком атомной станции и за сохранение памятников культуры, храмов, мемориальных музеев. Виктория Константиновна собирала в университете цвет интеллигенции Нижнего Новгорода на организованные ею салоны, где обсуждались вопросы патриотического воспитания и возрождения российской духовности. Виктория Константиновна была потомственным интеллигентом, человеком глубокого ума, широкой эрудиции, спонтанной доброты и отзывчивости, она всегда была готова прийти на помощь, человеком, преданным своему делу и своему коллективу.

— Мы решили, что это будут встречи с интересными людьми Нижнего Новгорода. Темы — история (и нашего города, и всей страны), литература. Но были салоны, посвящённые Вавилову, 100-летию Театра драмы. Мы также проводили презентации книг. К примеру, книги поэтессы Частиковой. Или известного писателя, автора историко-литературных очерков Валерия Шамшурина: мы говорили о его романе «Два императора». У нас в гостях была и Татьяна Павловна Виноградова, известный краевед, исследователь творчества Николая Добролюбова. Совсем недавно к нам приезжала внучка Куна, Юрий Бычков (директор мелеховского музея А.П. Чехова). Мы стали менять аудиторию, приглашая действительно заинтересованных людей.

— А салоны проводились регулярно?

— Ну, не совсем уж регулярно… Всё-таки это было творческое, не организационное начинание. Как только появлялась интересная тема, мы старались использовать эту возможность. Со временем сформировалась относительно постоянная аудитория. Теперь достаточно просто сделать несколько звонков, и аудитория в 50–60 человек будет обеспечена. Ведь это одно из немногих мероприятий, которое объединяет городскую интеллигенцию.

Виктория Константиновна показала мне альбомы, в которых ведётся история литературных салонов. Наклеены фотографии, газетные вырезки. Это может удивлять. Творческая личность — и такой системный подход. Но на самом деле в этой склонности Виктории Константиновны к порядку и упорядочиванию проявляется совсем не скучный «канцеляризм», а живое стремление к преемственности. Надежда, что потом другие поддержат традиции. Увидят, сколько уже сделано, и захотят продолжить. Ведь история – мозаика. Из отдельных историй. Отдельных фактов. Отдельных людей. Вот и получается от малого к большому, от частному к общему, от истории отдельно взятого университета —к летописи большой страны.

P.S. Я почти уверена, что газетное-шаблонное «но дело её живёт» здесь будет уместно. Потому что люди, так бережно хранящие нашу память и восстанавливающие её по затерянным во времени крупицам, прививают уважение к истории, навсегда оставаясь её частью.

Эмилия Новрузова