11-12-16

Общество

Главная дорога к миру

После 4 декабря мы проснулись в другой стране. Результаты голосования стали тем катализатором, который привёл, казалось бы, застойное болото отечественной политической жизни в состояние кипения. На улицы российских городов вышли десятки тысяч несогласных. Не стал исключением и Нижний Новгород. 10 декабря здесь собрался едва ли не самый массовый митинг с 1998 года, когда город потряс арест избранного мэра Андрея Климентьева.

Профилактика

У субботнего митинга на площади Минина не было организаторов, по крайней мере формально — уведомления в городскую администрацию не подавал никто. Инициативная группа возникла в социальных сетях, и в течение нескольких дней количество участников будущей акции протеста росло, как снежный ком.

Это оказалось для городских властей и «охранки» полной неожиданностью — привычная тактика запретов и точечного давления на лидеров уже не могла быть эффективной. Конечно, штатные жупелы из центра «Э» попытались застращать кое-кого из сетевых активистов по местам работы и учёбы, но толку в том было мало — скорее сообщения об этом придали возмущённым нижегородцам решимости. Тогда, усиливаемая хором сервильных СМИ, свою песенку «ни за что на свете не ходите дети…» заиграла ржавая пропагандистская шарманка областного ГУВД: устами штатной кассандры Андрея Шмонина она прошипела, что на площади непременно соберутся «террористы и провокаторы», к которым «сотрудники правопорядка вынуждены будут принять меры». Арию главного пугала исполнил сам начальник ГУВД Иван Шаев: «не в плане запугивания» он доверительно сообщил журналистам, что «злоумышленники готовят серию взрывов в Нижнем в местах массового скопления людей через смертников», посему «каждый участник несанкционированного митинга должен осознавать свою ответственность». Свою верноподданническую партию затянули прикормленные чиновники от науки: учёный совет госуниверситета призвал студентов «воздержаться от участия в несанкционированных публичных мероприятиях» — разумеется, во имя «мира и правопорядка». К завыванию альфа-кобелей присоединилось подтявкивание виртуальных интернет-шавок, ­рассказывающих в сети бессмертную с «марша несогласных» байку — на площади в едином порыве сойдутся с целью последующих погромов скинхеды, моджахеды и гей-активисты.

Результатом этого агитконцерта по заявкам администрации стал рост числа потенциальных участников митинга: к середине недели я с удивлением стал узнавать, что на площадь собирается выйти куча моих знакомых и знакомых моих знакомых, никогда ранее не замеченных в политической активности. Они с энтузиазмом мастерили плакаты, закупали ленточки, белые гвоздики и тексты Конституции. Вконтакте на акцию записалось более четырёх тысяч человек, а ещё более восьми тысяч отметили, что «возможно, придут». Наконец, в ночь накануне митинга группу в интернете взломали хакеры — и там появилась надпись, из которой за версту были видны кремлёвские уши: «Всех погрузят, снимут отпечатки пальцев, сфотографируют, поставят на учёт, напишут в вуз. Некоторых отправят в армию. Правозащитнички только и ждут, чтобы на беде других людей попиариться!!!».

День перевыборов

В субботу у меня было странное ощущение — я шёл на протестный и (извините за чиновничий жаргон) «несанкционированный» митинг не в качестве организатора (эту роль в течение последних двух лет мне приходится играть каждое 31-е число, который в семейном обиходе называется у нас «Днём кутузки») в качестве рядового участника.

Ещё минут за 15 до начала мероприятия народу на площади было немного — 200–300 человек (об этом количестве и сообщили потом штатные пресс-соловьи городской администрации и ГУВД) стояли возле памятника Минину разрозненными группками. Зато боевые слоны были представлены во всей красе — автозаки, КАМАЗы и УРАЛы с бойцами БСН и ОМОН выстроились, как на параде, демонстрируя нижегородцам «добрые намерения» отцов города. Начались задержания известных полиции по «Стратегии-31» активистов. Анне Кузнецовой и Глебу Калинычеву заявили, что они похожи на людей, только что совершивших квартирную кражу, и уволокли в близлежащую «Газель», чтобы потом вывезти к Речному вокзалу и просто высадить подальше от места событий.

Однако в течение буквально нескольких минут ситуация изменилось зеркально — к 15 часам на площади собралось не менее двух тысяч человек, а люди всё продолжали и продолжали прибывать. И тут же раком начала пятиться в Кремль карательная машина — вблизи митингующих осталось лишь несколько десятков обычных полицейских да парочка представителей их начальства с резиновыми улыбочками на лицах. Впрочем, и здесь они ещё пытались вставлять палки в колеса: когда я раздавал гражданам белые ленточки, некий боец попросил меня отойти «на минутку». Зная, чем обычно заканчиваются подобные походы, я вежливо предложил бойцу отойти самому, сославшись на соответствующую статью закона «О полиции». Полицейский ретировался, а рядом с памятником уже началось скандирование: «Перевыборы!».

Микрофона на импровизированном митинге не оказалось, как и сто лет назад, на площади приходилось «брать глоткой». Впрочем, несмотря на самый широкий политический спектр представленных на площади политических групп (от коммунистов и анархистов до либералов и националистов) никаких споров и разногласий по поводу случившегося в стране у участников манифестации не было. «Требуем честных выборов!», «Требуем соблюдения закона!» — поднялись над головами бумажные плакаты и матерчатые растяжки, а люди продолжали скандировать: «Чурова — в отставку!», «Пока мы едины — мы непобедимы!», «Россия будет свободной!». С моей подачи прокричали «Полиция с народом — не служи уродам!», а потом кто-то предложил в течение 10 секунд сохранять тишину — в знак поддержки «вставших на путь исправления» полицейских.

В индивидуальном порядке больше всего досталось от митингующих «национальному лидеру»: «Путин-лыжи-Магадан!», «Россия без Путина!» — эти кричалки, подхваченные сотнями голосов, стали хитом нижегородского Дня непослушания.

Рождение сверхнового

Вопреки истерическим пророчествам властей участники акции являли собой образец ответственного правового поведения — я не видел ни одного пьяного, ни разу не услышал слов нецензурной брани, не говоря уже каких-либо призывах к насилию.

Выступил Первый секретарь обкома КПРФ Николай Рябов и кто-то из его коллег — он рассказал, что коммунисты уже подали иски о фальсификации результатов выборов в суды. Впрочем, народ предпочитал не речи, а скандирование — в отсутствие звукоусиления «кричалки» были гораздо эффективнее (их было слышно даже с другого конца площади) и давали дивное чувство единения и силы. Тем не менее, после часа криков и стояния на месте стало ясно, что надо менять формат — люди начали расходиться. Мы, группа участников «Стратегии-31», попытались вывести людей на шествие по Покровке — благо в Сети многие договаривались о возможности осуществления такого сценария. Но тут дали о себе знать слабые стороны стихийной организации акции. Стало очевидно, что многие просто не готовы идти, не готовы рисковать своим комфортом ради декларируемой свободы. «А вы не боитесь, что там нас встретит ОМОН, ведь наша акция и так не санкционирована?» — спрашивали меня молодые люди. «А вы не думаете, что спрашивать у жуликов и воров разрешения на митинг против жуликов и воров — как минимум непоследовательно», — парировал я, но в глазах собеседника всё же читалась неуверенность. Кто-то начал скандировать: «На Покровку!». Его с энтузиазмом поддержала толпа, но… осталась на месте. Из рядов «вождей» КПРФ раздалось опасливое «провокаторы, не слушайте их, не надо никуда ходить». В конце концов наша группа — человек 50 — пошла по Покровке, не дожидаясь остальных. Мы скандировали лозунги об отставке Путина.

Дорога была свободна.

Хотелось бы сделать вполне конкретное заключение.

Господин Рябов!

Боитесь взять на себя ответственность за организацию кампании мирного гражданского неповиновения — отправляйтесь не в Госдуму, а на пенсию.

Господа Сорокин, Кондрашов, Шмонин и Шаев!

Не способны обеспечить общественный порядок — уходите в отставку. Это наш город — и мы найдём вам замену.

 

P.S.После того, как мы ушли, к народу вышел глава администрации города Олег Сорокин. Он заявил, что не в его компетенции отвечать на политические вопросы и предложил обсудить сферу ЖКХ.

P.S.S. В своём пресс-релизе Ниже­городский обком КПСС сообщил, что 10 декабря «провокаторам не удалось спровоцировать участников на несанкционированное шествие по Большой Покровской, и около двух часов граждане простояли на площади Минина».

P.S.S.S. Тем не менее, администрация города не оценила сервильность пламенных революционеров-ленинцев, отказав им в проведении митинга. Городская администрация опять завела прежний патефон: «По сведениям, полученным от правоохранительных органов (ГУ МВД России по Нижегородской области и УФСБ по Нижегородской области), в указанные Вами время и место ожидается появление группы экстремистски настроенной молодежи с целью дестабилизации обстановки и нарушения общественного порядка <�…> При проведении заявленных публичных мероприятий, обусловленных несовпадающими целями в одном месте с большим количеством участников, обеспечить общественный порядок и безопасность граждан должным образом администрация города не сможет».

P.S.S.S.S. Следующий митинг против результатов выборов, организованный в социальных сетях, назначен на полдень воскресенья, на том же месте.

Станислав Дмитриевский