12-11-10

Культурный слой

Четверка спасателей

Save Planet — квартет, который вышивает музыку многослойную и хитросплетенную. Первые записи были русскоязычными и тяготели к барочной рок-альтернативе, а свежий трек «Today» из будущего альбома навязывает музыку более тягучую, тревожную и чуть ли не с закосом в Massive Attack. Сами музыканты в качестве тега используют словечко «experimental». И это обнадеживает, хотя поиск своего лица, я уверен, займет еще некоторое время. Первостепенное — что родилась группа, от которой стоит ждать много хорошего в будущем.

Состав Save Planet таков: Александра Золотая (вокал, клавиши), Михаил Корочкин (флейта, клавиши), Стас Шаров (бас-гитара, гитара) и Макс Шадрин (барабаны, сэмплы). У Александры интересуюсь, почему группа предпочитает называть свой стиль экспериментальным? Потому что в одной из песен использован кривой размер? Потому что играют с флейтой? Или из-за того, что песни сплошь не о любви…

–Экспериментируем (Александра смеется). В будущем альбоме услышите и этническую флейту, и роковые гитарные риффы, и трансовые синтезаторы.

— На концерте вы играете без гитары. Идеология такова?

— На такой вопрос обычно отшучиваемся, что если бы в нашей команде играл валторнист, гобоист, пианист и дирижер, в сущности ничего бы не изменилось. Главное — та суммарная энергия, которую мы вместе несем. У нас был опыт игры с гитаристами и клавишниками, но время, как сито, отфильтровало лишних. Если мы считаем? что в композиции необходимо использовать гитару или клавиши, Стас берет в руки гитару, а я или Михаил встаем за клавиши — и вопрос исчерпывается.

— «Спасти планету»… А от чего?

— Не смогу вспомнить, как название образовалось. Конечно, не стоит его понимать буквально. Мы не сотрудничаем с «Гринписом». Скорее, это предложение нашему слушателю поднять глаза и внимательно осмотреться. Понять, все ли происходящее созвучно с его собственным внутренним миром, с его эмоциями и чувствами.

— Тогда расскажите, как группа родилась? Возможно, существует легенда…

— Ребята уже давно играют вместе и сменили несколько названий, но Save Planet существует с момента моего появления в команде. А легенда и вправду есть. Два года назад моя жизнь резко изменилась. Я начала осознавать, что люди могут быть неискренними, лицемерными, корыстными, преследующими исключительно свои интересы. Все мои представления о равновесии и гармонии мира рухнули! Мне казалось, что зло и несправедливость слишком могущественны и способны задушить любое доброе дело. Не хотелось ни с кем общаться — только запереться в самой себе и никого не впускать в свой мир. Но тут в мою жизнь ворвались трое… Эти ребята были такие забавные, открытые и искренние, что напомнили мне персонажей из мультика «Мадагаскар»: жираф Мелман — это Макс, зебра Марти — Михаил, лев Алекс — Стас. Их энергия пробудила во мне желание что-то изменить вокруг, заставила поверить в свои силы. С первого дня нашего знакомства мы решили воплощать в жизнь наши идеи вместе. А зачем — это и кроется в названии группы.

— Как же вы встретились?

— Встреча была неслучайной. В один прекрасный день мне позвонил Тимофей Коншин из группы «Молескин», с которым мы тогда сотрудничали, и сообщил, что хорошие музыканты ищут вокалистку. Спросил, нет ли у меня желания попеть. Я и согласилась.

— Кажется, у вас басист играет еще в группе Face, и она тоже с девочковым вокалом. Или он уже ушел оттуда?

— Насколько мне известно, Стас действительно сотрудничает с этой командой. Но не стоит сравнивать наш коллектив с Face — совершенно другая энергетика, иной посыл и звучание. В Save Planet Стас уже очень давно реализует себя не просто как бас-гитарист, а как музыкант. В любом случае, обмен идеями, энергиями еще ни кому вреда не принес.

— У вас есть песня «Сбой» о людях-программах, идущих туда, куда их направит система. А то, что сегодня, происходит в стране, — это сбой системы или наоборот — система только включилась и с каждым днем набирает обороты?

— С одной стороны, произошел сбой определенных канонов: деморализация общества, утрата института семьи, потеря патриотизма. Жажда накопления материальных благ стала превалировать над духовной жизнью. С другой стороны, общество невозможно запереть в систему, иначе оно не будет развиваться. Приходится искать оптимальный вариант, что мы и пытаемся делать. Для меня эта песня является выражением неудовлетворенности окружающей действительностью. Прежде всего несоответствием между оптимизмом программ нашего государства и реальной жизнью.

— Ваш последний трек англоязычный. Также англоязычен ваш проект с Эмилией Новрузовой. Вопрос — почему вы перешли на инглиш? Разве это не выстрел в пустоту?

— Конечно, нет. Русский язык знают на нашей планете лишь 116 миллионов человек из почти семи миллиардов жителей. Английский — своего рода увеличение охвата нашей радиостанции под названием Save Planet.

— Вы действительно так думаете? По-моему, если бы все было так просто, то российские англоязычные группы хоть где-то звучали. Ан нет… В европах и америках своих музыкантов достаточно.

— Никто и не говорил, что будет просто. Тем не менее, есть примеры отечественных групп, имеющих успех за рубежом: Gogol Bordello, Cheese People, Moonbeam. Я думаю, в ближайшее время этот список пополнится как минимум еще одной (смеется). Кроме того, мы нисколько не отказываемся от нашего российского слушателя. Английский язык, я думаю, сейчас понятен почти каждому.

— А почему вы о любви не поете?

— Миром правит любовь, но порой люди об этом забывают, и прекрасное чувство оставляют в тени, ставя на первый план корысть. Малым количеством песен о любви мы надеемся заставить общество в лице слушателей задуматься, куда же делась любовь? Почему ее так мало? (смеется).

— Опыт какой экспериментальной группы вам видится идеальным? Чья карьера заставляет двигаться в музыкальном ключе?

— Конечно, есть музыка, которая в то или иное время влияла на наше восприятие мира: Archive, Radiohead, Muse, десятки других коллективов. Но больше всего меня вдохновляют ребята, с которыми мы занимаемся музыкой, и наш совместный путь.

— Известно, что начинающей группе лучше пробиваться на олимп не в одиночку, а в тусовке с такими же молодыми командами. Есть такая тусовка у вас? Или у вас иная стезя?

— Кому известно? Сообщество друзей-музыкантов, конечно, есть. Rebelians, Chicken Hope, «Молескин», Face — можно привести довольно длинный список. Дружеские отношения дают нам массу нового опыта и мыслей, которые мы, преобразуя в своих головах, в дальнейшем используем в нашем творчестве. Ну а путь на олимп у каждого свой.

Вадим Демидов