12-12-21

Политика

«Бунтарский» Дзержинск

О «коллективном бессознательном» жителей города химиков

Мы попросили нашего политического обозревателя и, «по совместительству», дзержинца написать текст о менталитете второго по значению города Нижегородской области. Города, который весь последний год воспринимался как «оплот демократии», а к концу его продемонстрировавший пример ее же, демократии, краха. «Что изменилось в сознании дзержинцев и их политическом самоощущении?» — спросили мы.

Как житель города химиков могу констатировать, что какого-то особого менталитета, выделяющего моих земляков среди остальных нижегородцев, не существует. Но те, кто считает, что особенности все же имеются, могут с полным правом эту свою позицию защищать. И политическая жизнь Дзержинска, которую город вел на протяжении последних двадцати лет, дает политологам из областного центра богатую пищу для размышлений в этом плане. Например, известно, что ни один дзержинский мэр не смог остаться на своем посту больше одного мэрского срока. А два градоначальника (Александр Романов и Виктор Сопин второго мэрского призыва) вообще вынуждены были покинуть свой пост раньше срока. Не отсюда ли берут свое начало распространенные в определенных кругах представления о «бунтарском» Дзержинске? Якобы именно благодаря особым свойствам «коллективного бессознательного» жителей города химиков ни один глава города не может, как ни старается, задержаться в своем кресле надолго.

Безусловно, история Дзержинска от истории того же Нижнего Новгорода отличается кардинально.

Дзержинск — город ссыльных зэков, потомков крестьян из нижегородской глубинки и тонкого слоя интеллигенции, в свое время охотно приезжавшей в молодой социалистический Дзержинск после окончания престижных московских, питерских и других отечественных вузов. Сейчас такое трудно представить, но 40–60 лет назад распределение в Дзержинск для выпускника ленинградского или казанского химико-технологического института считалось престижным.

Например, в 60-е годы Казанский химико-технологический институт направил сюда работать маму небезызвестного Олега Владимировича Дерипаски. И сорок лет назад в роддоме Дзержинска на свет появился маленький Олег.

Кстати, бывший мэр Москвы Юрий Лужков тоже знаком с городом химии не понаслышке. Прежде чем стать столичным чиновником, Юрий Михайлович трудился на благо химической отрасли в одном из столичных НИИ. Поэтому кепку командировочного Лужкова дзержинцы могли лицезреть в своем городе еще в шестидесятых-семидесятых. Помнится, в 1970-е годы жители областного центра завидовали дзержинцам, жившим в городе, который в тогдашних чиновничьих раскладах проходил как «город первой категории снабжения». В условиях тотального советского дефицита городу большой химии перепадало еды чуть больше, чем славному городу Горькому, и это обстоятельство служило поводом для своеобразного превосходства дзержинцев над обделенным государством горьковчанами. «Да, у нас плохая экология, зато вы сливочного масла месяцами не видите!»

Я, собственно, клоню к тому, что при советской власти жители города химиков привыкли жить относительно хорошо (по меркам того времени, естественно). Поэтому тотальный обвал производства в начале девяностых, ударивший по химическому Дзержинску больнее других отраслей промышленности, стал для большинства горожан настоящей психологической травмой, которая у многих старожилов не зажила до сих пор. Город на полтора десятилетия погрузился в депрессивную яму, из которой Дзержинск начал постепенно выбираться лишь последние несколько лет. Отсюда, как мне кажется, растут ноги пресловутого «бунтарского» духа дзержинских избирателей. Прибавьте сюда «адскую смесь» из отвязных полукриминальных элементов, прагматичных потомков крестьян и вечно критически настроенных представителей интеллигенции.

В Нижнем Новгороде названные социальные страты, безусловно, тоже присутствуют в немалом количестве, однако взрывной «социальный бульон» в Нижнем, как это произошло в Дзержинске, так и не сварился. Возможно, всему виной многовековые традиции купеческого Нижнего, размеренность и неспешность в противовес неприкаянности и анархичности мышления. В Дзержинске никаких социальных традиций изначально не было и быть не могло. Что не могло в итоге не сказаться на политическом феномене Дзержинска последних лет, хотя, возможно, я и ошибаюсь.

Мне кажется, характерной особенностью жителей города химиков можно назвать обостренное чувство справедливости, как бы пафосно ни звучало это утверждение. Самое обидное в том, что жаждой справедливости дзержинцев вовсю пользуются (или пытаются пользоваться) политики в своих не всегда достойных целях. Я понимаю, что горожане сами хотят выбирать своего мэра, однако конкретный Виктор Сопин, о котором так много было написано и сказано за уходящий год, пытался править так, как будто не существует ни региональной исполнительной власти, ни городской представительной. И тем самым в определенном смысле дискредитировал хрупкую идею демократии, которая, как я понимаю, предполагает учет всех существующих точек зрения на ту или иную проблему развития Дзержинска. Подобного плюрализма мнений и не хватало в работе ушедшего мэра. Тем более что Виктором Сопиным было четко продекларировано построение гражданского общества фактически в отдельно взятом городе. Слова так и остались словами.

Сегодня немалая часть дзержинцев считает, что Сопину не дали воплотить в жизнь задуманное плохие и алчные депутаты. Что ж, обиженных любят на Руси. Кроме всего прочего, это еще и проверенный политический плацдарм для попыток войти в одну и ту же реку в будущем. Если так называемый сити-менеджер, которому в скором времени доверят управление Дзержинском, не сможет своей работой убедить горожан, что «Сопина сняли правильно», город химиков, похоже, ждут новые испытания.

Сергей Анисимов