12-12-22

Общество

Когда мы — едины?

От Нижнего Новгорода пошла гулять по стране идея народного единства, но в реальности никаких убедительных оснований для единения, кажется, и нет.

Люди, окопавшись в блогах, показывают, что им нравится, как они роскошно выглядят на разных фонах, как красиво умеют страдать по разным общественно значимым поводам, какие заморские страны их манят, сколько было изжарено шашлыков и как прекрасен город, разукрашенный в фотошопе. Он, город, как раз и важен для меня. Его стремятся приукрасить, довести изображения до глянцевого лоска, чтобы те значимость и значительность, которые мы не ловим в реале, не оставляли наше воображение, по-своему стимулировали любовь к городу.

Казалось бы, чем эта любовь не повод для объединения? Но и тут не все просто. На вопрос, чем и как Нижний Новгород вдохновляет и подпитывает творческих людей, часто отвечают рассказом о востребованности за пределами города или о тонком душевном настрое, позволяющем буквально игнорировать жизнь улиц и по возможности — всю городскую среду сразу. Любой разговор о городе сводится к проблемам или восторгам от приуроченного к очередному празднику единства решения повседневных проблем. Не потому, что мы глупые эгоисты — жизнь так устроена.

За минувший год недовольство этим самым устройством проявлялось неоднократно — в попытках собраться кругом единомышленников и поговорить о причинах недовольства. В теплое время года встречи напоминали любовную лихорадку: сообщества возникали, меняли лидеров, планы, перетекали в дружеские группировки и кружки по интересам. Появилось море экспертов. Они тоже ранжированы по местам дислокации и друг с другом не пересекаются, обсуждают одно и то же, но разными словами. Поводов для обсуждений хватает: от недовольства тем, что власть оккупировала исторический центр с кремлем, до экологической катастрофы, подготовленной газонокосильщиками.

Много говорили, например, про площадь Горького — предполагаемое строительство очередного торгового центра, уже подземного. Активисты водили экскурсии по скверу с дивной растительностью, использовали разные форматы «движухи», но не хватило сил сделать что-то помимо привычного. Была, например, попытка организовать частые и регулярные, не зависящие от времени года встречи на площади. Но новые привычки складываются не вдруг, тем более — такие. Поэтому движение быстро «стухло».

Обсуждали ситуацию с площадью и на заседании одной из экспертных групп. Заслушали возражения специалистов против строительства, решили провести — сомнительную, честно говоря, — околохудожественную акцию в режиме паблик-арта (если конкретно — разместить баннеры с информацией о сквере), но так ничего и не сделали, хотя, не исключено, бумагу какую-нибудь написали. А в это время известный журналист в своей телепередаче тоже выразил неофициальную точку зрения по поводу рытья рекордного котлована на одной из главных площадей, чем вызвал неудовольствие самого высокого начальства, подвергся служебной экзекуции, после чего друзья-архитекторы написали ему стихи про то, что «говорят, ты вышел из строя…» Досталось и одному откровенному начальнику за комментарий по поводу площади — ему тоже дали понять, что незаменимых у нас не бывает: в лесоторговле или в гостиничном бизнесе немало достойных кадров для укрепления структуры. Так что шторма в отдельных отсеках не сбили лодку с курса. Получается, нас объединяет то, что кто-то за нас все время думает и решает, как городу жить. Всегда найдется пара восторженных идиотов, готовых поприветствовать любое решение. Самое главное — любой из нас может случайно впасть в этот восторг — по служебной ли необходимости или позитивному настрою. Тут главное — верноподданническое чувство. И не знать про тенденции развития городского транспорта, технологии возведения перекрытия на ширину площади, не спрашивать, как и зачем загонять автомобили на глубину восемнадцать метров. Не умолять показать экономические обоснования и не беспокоиться о растранжиривании ресурсов. Ведь пока у нас есть — просто запущенный сквер, а потом — будут бонусы и скидки! Возможность получить скидки — это то, что многих из нас объединяет.

Во многих зарубежных городах отказались от подземных пешеходных переходов, особенно в центре города: там улицы не превращают в магистрали, распределяют транспорт по всей схеме, не собирая его в один район. Ни в Берлине, ни в Нью-Йорке не запомнился ни один подземный переход. В Париже есть, если вспомнить фильм «Необратимость». Но Нижний Новгород — это такой отдельный город, к которому современные урбанистические кальки неприменимы. Тем более они никак не компилируются с планами по украшению и развитию города.

Нижний Новгород — вне трендов. Это типичный город для транспорта. Пробки обсуждаются чаще (и это повод для ощущения общего потока), чем погода за окном, а вся жизнь выстраивается как цепочка отдельных кадров. Жизнь в движении требует больше автоматизма и одновременно отдельных ярких вспышек — как ориентиров на (или в) дороге, не позволяющих расслабиться.

В сетевой ленте — «лайки», в городе — новые объекты. Новизна быстро выветривается, благодаря чему можно планировать следующие свершения. Планировать для пешехода сложнее — тут требуется понимать закономерности иного восприятия и ритма, работать кропотливо, не столь эффектными кубометрами. Но кто заставит?

Пожалуй, нас действительно объединяет то, что мы лишены «права на город». Нам же город презентуют… Сообщают, что будет строится микрорайон, японский проект — лучший, бросим силы на Глобал Таун, испанские архитекторы выиграли конкурс, а французы к апрелю подготовят проект развлечений в Пойме. Берега озера забетонируют, один парк послужит для парковки, другой — для оперы и балета. Улицу Горького требуется расширить, срезав часть зеленой зоны, но зачем и кому требуется — не объясняют. Весной проходило обсуждение градостроительных планов, организованное одним деловым изданием — так там основным докладчиком был мэр. Хотя специалисту-урбанисту дали время на комментарий. А в ленте фейсбука мне сделали замечание по поводу комментариев на странице пресс-службы. Кажется странным, что все сообщения — только про одного человека, но это сочли за неуместное раздражение. А где оно — уместно? Если — неизбежно? Ведь не все же люди равно ведутся на иллюзии и кое-что замечают.

«Право на город» — это понятие сформулировал в 1968 году социолог, философ Анри Лефёвр. Он считал, и успешные города это учитывают, что человек, «участвующий в городской повседневности» этим правом уже наделен. Значит, должны быть пространства, где это право может быть реализовано. Посмотрим на Нижний Новгород: где эти пространства?

Весной случилась история с елями. Опросы показали: горожане не хотят ресторан в Александровском саду. Оборона сплотила на время людей, суд по поводу правомерности выкорчевывания деревьев выиграла одна энтузиастка. Осенью активисты собирались с думой о судьбе Сада, размышляли о возможных проектах на его территории. Да-да, с учетом всех ограничений. Александровский сад, сквер на площади Горького — потенциально пригодные площадки для создания полноценных общественных пространств.

Осталось понять, что же нужно: джазовый концерт, Гайд-парк, поэтическая площадка? Сможем ли в новом году договориться: в Сети и в реальности?

Марина Игнатушко