№4 (2145), 17.01.2014

Общество

Свобода начинается с зачистки

Ответ нобелиатам, или Размышления о природе мракобесия

Давайте без эмоций. Спокойно, тезисно.

Тезис первый. Часть планеты страдает от перенаселения.

Ведущие «цивилизованные страны» озабочены. Земля истощена, в небе огромные дыры, в море плавают пластиковые помойки величиной с небольшие европейские страны. Ну и, самое главное — «золотому миллиарду» перестало хватать средств на поддержание привычного уровня жизни.

Эксперты в ряде ведущих стран серьёзно размышляют о том, что население планеты надо прорядить. Иначе эти страны в течение столетия станут перед проблемами, которые разрешить уже не смогут.

Тут пригодилась бы большая война, но большую войну в нашем мире все заметят и никто не одобрит. Потом, ну, сколько убьёшь на войне? Миллионы, при всём желании. Мало!

Не помешала б какая-нибудь зараза, невиданная чума, но её быстро развезут по миру, и пострадает своё собственное население, «золотой миллиард», ради которого это всё и затевалось.

Тезис второй. Так называемое «планирование семьи» и все идущие с этим процессом параллельно явления (борьба за права ЛГБТ, феминистское движение, прочие, стоящие у порога «новшества») напрямую связаны с первым тезисом.

В какой-то момент представители некоего мирового элитарного клуба (или ряда клубов) подсчитали дебет и кредит и прослезились. Ребята, дела идут всё хуже и хуже, подумали они. Мы слишком много плодимся. Планета ещё протянет, запасы прочности есть, но «золотой миллиард» точно рухнет.

Что делать, господа? Ваши предло­жения.

Мировые элитарные клубы, в отличие от, например, российского «Фейсбука», отлично отдают себе отчёт, что либеральный мир внушаем и управляем не меньше, чем мир тоталитарный.

В либеральном мире достаточно запустить тренд. Или несколько трендов. И «процесс пошёл».

Для начала было решено поставить под сомнение институт семьи.

«Мир изменился…», «женщина способна одна…», «мужчине не за чем обзаводиться…» и прочее бла-бла-бла. Я читал это в сотнях колонок десятков российских глянцевых журналов, за год-два-три до этого те же самые глупости прошли по всему мировому глянцу. Тысячи говорящих голов, светских львов и львиц повторяют это на радио и ТВ.

И продолжают повторять.

При этом стыдно и некрасиво всерьёз обсуждать всякие скучные вещи, типа того, что:

— женщина, даже самая успешная, может вырастить только одного ребёнка, двух — в качестве редкого исключения (одна из ста), трёх — уже точно нет;

— ребёнок чаще всего невольно берёт за основу тот тип семьи, в которой произрастал, и неполной семьи, значит, тоже;

— люди, которые пишут подобные вещи в своих «глянцах», в 99% случаев выросли в полных семьях, а не в интернатах и не с матерями-одиночками; таким образом они совершают в прямом смысле подлог, потому что втягивают читателей в ситуацию, результаты которой в целом никому неизвестны. Наши родители ещё предпочитали жить парами. Сегодня, по данным статистов, распадается 8 пар из 10, и аналогов в мировой истории эта цифра не имеет. Результаты этой статистики впереди, и мы их пожнём.

Следом идёт пресловутая гомосексуальная тема.

Разве у гомосексуалистов США и Европы были какие-то проблемы в последние полвека? Нет, у них не было проблем. По крайней мере, их было не больше, чем у всех остальных граждан этих стран.

Тем не менее, тема неожиданно получила такой накал, словно мир стоит на пороге нового геноцида. Между прочим, на планете есть государства, где миллионы людей живут в трущобах, есть нации, вымирающие от голода, в мире процветает работорговля и торговля человеческими органами… Но разве 27 нобелевских лауреатов часто вступают по таким нудным поводам в переписку? Нет, как правило не вступают. Есть темы важней и весомей.

Вы же понимаете, что кто-то этих людей собрал? Что это не последние люди на планете — нобелевские лауреаты из самых разных стран? Что тут нужны были неординарные организационные усилия? Или это нужно объяснять? Я вовсе не сторонник теории заговоров, но надо глаза-то иметь иногда.

Идёт определённый процесс.

Стоит предположить, что следующий мировой тренд коснётся создания новой формы семьи, когда у пяти родителей может быть всего один ребёнок: три мужа, две жены, все перелюбились вдоль и поперёк, кто-то непонятно от кого родил, вот и ладненько, вырастим чадо в атмосфере всеобщей любви, дадим отличное образование, а когда оно подрастёт, может, сами на нём и женимся, и за него же выйдем замуж, оно согласится.

Не за горами закон в поддержку зоофилии, и это не шутка. Что тут смешного. Если мировые эксперты сосчитают, что в мире есть миллион потенциальных зоофилов, желающих легализации — они им помогут, и даже сделают этот процесс модным. И все в мире общества защиты прав животных сразу заткнутся.

А что? Если у детей не принято спрашивать, хотят ли они быть усыновлёнными двумя гомосексуалистами, зачем спрашивать у козы, хочет ли она быть вашей женой? Что, у козы больше прав, чем у детдомовского ребёнка?

Объяснения всему этому кромешному цирку лежат не в сфере «конца света» и прочей бесовщины. Тут чистая экономика.

Выпал один миллион разнополых взрослых людей из парадигмы традиционной семьи, и мы не получили 500 тысяч новых детей как минимум. Вот и всё!

В мире, допустим, есть три процента прирождённых гомосексуалистов. Если данная тема становится актуальной и модной на всех уровнях, цифра вырастает до шести процентов. Больше жара в топке — вытянем показатели до десяти процентов за счёт привлечения к процессу других альтернативно чувствующих граждан. Это вам не Магнитка и БАМ, тут ставки ещё выше.

Превратили «институт семьи» в «институт безбрачия» и «свободных отношений» — ещё лучше картина вырисовывается. Десять миллионов человек выпали из парадигмы традиционной семьи, пять миллионов детей ушли в минус. Двадцать миллионов выпали — десять миллионов новых людей не пришли топтать наши посевы и пить нашу нефть. Практически третья мировая война, а зверств никаких. Элементарный расчёт! «Золотой миллиард» получает отсрочку и блаженствует дальше.

Наш «креативный класс» пребывает в убеждении, что ведёт борьбу за свободу людей нового, прогрессивного мира, но это нисколько не отменяет одного печального факта: решения о создании подобных трендов принимались где-то наверху. Никто с «креативным классом» и даже с нобелевскими лауреатами не советовался — по большому счёту, их развели.

Мы имеем дело с очевидным образом смоделированными ситуациями.

Каждый пятый книжный и кинематографический бестселлер освещает определенную тематику — ай, какая случайность, — подумаете вы. Случайностей не бывает. Видимо, когда к вторжению в очередную азиатскую страну в Голливуде снимают сорок блокбастеров про азиатскую тиранию и прочий азиатский терроризм — это тоже случайность.

Полноте вам.

Скажем, против института семьи выступает редактор русского GQ и редактор русского Maxim. Наверняка им кажется, что они сами это придумали. Но нет, конечно не сами. Искренне ли верят они в то, о чём говорят? О да, искренне! Столь же искренне любили в своё время просвещённые европейцы Гитлера. Искренность как цветок: если её поливает хороший садовник, она растёт и распускается.

Имеются и небольшие проблемы. На светлом пути прогресса вдруг встала церковь: уже ослабевшая католическая, разнородная протестантская и всё ещё держащая осанку православная.

Очевидные уступки, на которые идёт церковь в Западной Европе не спасают её от массового исхода людей из её лона. В Германии, Австрии, Франции храмы пустеют на глазах. Посткоммунистический церковный ренессанс в странах бывшего соцлагеря завершился, едва начавшись.

А Скандинавия! Только что был в Финляндии. Там происходит заметное всей стране движение отказа от веры по элементарной причине: церковь не выступила в поддержку гомосексуальных браков. Надо заметить, она их и не осудила! Она просто заняла молчаливую позицию. Ах, ты молчишь, церковь? Тогда прочь, прочь от тебя.

Уже и не поймёшь, кто и кого преследует! Церковь — это же не бутик модной обуви, она не обязана поспевать за модой, да? Две тысячи лет не поспевала, сейчас-то куда бежать? Но нет, оказывается, что обязана.

Почему ж 27 нобелевских лауреатов не выступят в поддержку, скажем, католической церкви? А потому что для таких поступков нужно иметь не только мозги, но и яйца.

Более того, для таких поступков желательно не просто жить в мире всевозможных свобод, а самому быть свободным. Оказалось — это две разные вещи. И всё чаще противоположные.

Антиправославная риторика набирает силу и у нас. И что характерно, в ней участвуют люди, которые так горько сетовали всего двадцать лет назад на то, что большевики отлучили народ от Бога и порушили храмы. Теперь вопрос большевизма благополучно разрешился, и надобность в РПЦ отпала: она определённым образом мешает. Свободе же всё время кто-нибудь мешает. Для успешной реализации свобод всегда нужна хорошая зачистка. Место церкви — в лакейской. Тут без вас, батюшка, разберутся — размножаться ли нам и плодиться, или заниматься чем-то другим.

Во всей этой истории неизбежно возникает вопрос: а как же в Западной Европе и США не боятся, что их самих станет меньше?

Для начала, их достаточно. «Золотой миллиард» потому и называется «миллиардом», а не «триллионом», что в лодке помещается заданное количество счастливчиков и ни миллиардом больше.

Кроме того, какие-то планы по «стабилизации населения» и в «экономически отсталых регионах» типа азиатских стран наверняка уже создаются и реализуются понемногу.

Наконец, с таким вооружением США по-прежнему может контролировать любое количество, к примеру, африканцев, а то что они там в своей Африке мрут как мухи — так это естественный процесс. И Азия тоже не помеха, её всегда можно разбомбить.

Наш «креативный класс» пребывает в убеждении, что ведёт борьбу за свободу людей нового, прогрессивного мира, но это нисколько не отменяет одного печального факта: решения принимались где-то наверху

Посмотрите, как возбуждается белый мир, если представители мира азиатского хотят иметь такую же бомбу, как у них. С точки зрения здравого смысла стоило бы задуматься: почему одним можно, а другим нельзя? Это же натуральный фашизм по этническому принципу. Но вот нельзя.

Не мешает к тому же помнить, что США — одна из немногих стран, в которых население не убывает, а прибывает. А то, что это население не всегда белого цвета, так кого это может там напугать? Их президента?

Другой вопрос, что часть Европы и тем более страны бывшего СССР во всей этой истории используются мировыми элитариями втёмную.

Когда российский (украинский, эстонский, латышский или оппозиционный белорусский; ну и так далее — польский, румынский, сербский, чешский) гражданин собирается в цивилизованный мир, чтоб его там накормили, дали работу и пропитание его детям, он обычно немного не понимает отдельных деталей. «Цивилизованный мир» хочет, чтоб вас (нас) было как можно меньше. И если «сложная экономическая ситуация» уполовинит наше население — это не будет изержками «перехода», но станет реализацией чёткого целеполагания. Где экономика рука об руку идёт с «планированием семьи» и прочими чудесами прогресса.

Да и гомосексуалисты тоже в некотором смысле заложники ситуации. Их самих используют: они хотят личного счастья и всяческой безопасности, а их втягивают в глобальную аферу по «упорядочиванию количества и качества мирового населения».

И если какая-то часть раздражённого человечества (а эта часть имеется, и она, да, крайне раздражена) однажды восстанет против подобной атаки на традиционные ценности — достанется не мировым элитарным клубам, а этим милейшим людям — по сути, ни в чём неповинным. Жаль, что они не всегда понимают это.

Конечно, экспертные клубы совершают и другие расчёты: к примеру, часть крупнейших мировых экономистов открыто заявляют, что перманентный мировой кризис — как раз следствие падения рождаемости в европейских странах. Но вот какой восхитительный парадокс: их выводы не становятся медийными трендами! Их позиция никогда не послужит поводом для эпистолярных сочинений нобелевских гигантов мысли.

В сложившейся ситуации нас должен волновать только один вопрос: стоит ли России участвовать во всей этой бескровной «планетарной зачистке».

Предлагаемый ответ: конечно не стоит.

Наверное, у природы есть свой план, в который часть человечества (в первую очередь «золотой миллиард») не вмещается.

Человечество не вмещается, а Россия вмещается.

Вы ведь летали над Россией на самолёте хоть раз? Наверняка заметили, что у нас во все стороны нехоженая земля, имеются невиданные пространства и, более того, в запасе огромные ресурсы для вдвое большего количества людей, чем мы сегодня имеем. (Если б наша власть не разворовывала их так подло — мы были бы ещё богаче).

Те, кто смотрят на наши ресурсы с интересом и завистью, заинтересованы в том, чтоб нас стало меньше. Но это их интерес, мы ни при чём. Точка.

Должно ли нас волновать то, что происходит за пределами России?

Нет, они свободные люди и это их выбор.

В конечном итоге, мы даже заинтересованы, чтоб их было меньше. Пусть их будет меньше.

Однако внутри своей страны мы должны отдавать себе отчёт в том, что «мракобесие» — в первичном значении этого слова — это вовсе не позиция Российской православной церкви. Воплощённое мракобесие — это позиция российского креативного класса.

Активное и последовательное выступление в поддержку всего того, что последовательно и активно противоречит христианской морали — это и есть мракобесие. Мы вновь попали в ситуацию, когда либеральная интеллигенция совершила нарочитую и бесстыдную подмену понятий.

Хочешь быть мракобесом — будь им. Главное — имей смелость называть себя своим именем.

Нравится заниматься спасением человечества — что ж, и здесь мы только за! Перемещайтесь западнее и продолжайте работу в качестве волонтёров. Мысленно с вами. Мы вас тайно поддерживаем.

Но эту мрачную территорию оставьте в покое. Тут спасаются по старинке.

Россию, конечно, будут прессовать. Будут говорить, что мы дикие. Писать нам письма. Слать смс.

А мы не дикие. Мы свободные.

Захар Прилепин